Ссылки для упрощенного доступа

Русский Гамлет в эпоху Борджиа


Татьяна Вольтская
Татьяна Вольтская

Не будем говорить о невозможном – о том, что, получив тяжелейшие обвинения в свой адрес, под которыми подписались несколько изданий, уважаемых во всем мире, уважающие себя высокопоставленные лица должны немедленно начинать расследование, а пока оно идет, в идеале уходить от дел. Не будем об этом – как об утопии. Но вообще-то от государственного лица, которого обвиняют в страшном преступлении – попытке убить собственного гражданина – ждешь ответа, который должен вылететь автоматически: мы своих граждан не убиваем. Вместо этого мы слышим то, чему разум отказывается верить: хотели бы убить – убили бы. То есть в том, что хотели, никто не сомневался, но в том, что ответ может быть столь глумлив и бесстыден – сомнения были. Теперь их нет: как жили мы в эпоху Борджиа, так и живем.

Но все же власть календаря, хотя бы локальная, существует, и в конце года шея сама поворачивается назад – что же там было-то. Отравительные новости, выскочившие под занавес, как будто заслонили все остальное. Понятно, что год выдался беспокойный и довольно мрачный для всех, тут и ковид, и войны, и обезглавленные Колумбы на площадях, да мало ли. Но все-таки ясно, что многие народы, пусть и не по гладкой дорожке, но движутся в понятном направлении – китайцы готовят лунную миссию, Илон Маск думает о колонизации Марса, японский космический зонд “Хаябуса-2” доставляет на землю грунт с астероида, люди бьются над лекарствами от рака и вообще изобретают много всяких прикольных штук, от которых им самим и братьям по разуму должно, в принципе, стать лучше.

И только в одном заколдованном королевстве жизнь как будто состоит из борьбы не с безусловными врагами человечества – болезнями, невежеством, стихийными бедствиями – а исключительно с собственными властителями. Чтобы не застроили парк. Чтобы не снесли старинный дом. Чтобы не закрыли больницу. Не построили прямо у жилых домов ядовитый завод, который отравит все вокруг. Чтобы купили лекарство ребенку с редкой и тяжелой болезнью. Чтобы убрали снег с улицы. Чтобы не снесли очередное кладбище. Не угробили Байкал. Не спилили подчистую всю тайгу. Не сломали детскую площадку. Чтобы…

Иногда что-нибудь удается отдельной группе граждан – как в Шиесе, например. Правда, вместо Шиеса грандиозная помойка вырастет под Великим Устюгом и уже выросла в Калужской области, прямо на истоках рек, впадающих в Оку и Волгу, и хозяин у нового так называемого “Экотехнопарка”, заметим, тот же, что и у несостоявшегося “Экотехнопарка” в Шиесе.

Иногда группа независимых или даже оппозиционных граждан прорвется с кровопролитными боями к мандатам муниципальных депутатов и начнет смотреть, как там формируется бюджет, не много ли, например, денег уходит на песни и пляски для стариков, которым во время пандемии вообще-то лучше по домам сидеть. Но тут, глядишь, начинают этих депутатов проверять, находят где-то 500 незадекларированных рублей, где-то 700 – и вот уже сам губернатор Беглов рассылает письма по муниципальным округам, и страшных нарушителей лишают мандатов – хотя нигде в законе такого не записано. Но ведь если этого не сделать, вдруг на следующих губернаторских выборах какой-нибудь незапланированный кандидат возьмет, да и просочится сквозь муниципальный фильтр – ужас.

А иногда что-нибудь удается отдельному гражданину – вот, например, он долго-долго разбивал лоб о стенку ФСБ – и, наконец, пробил дырку, и ему показали дело его убитого родственника. Сидит такой гражданин и понимает – вот здесь человека пытали, вот здесь допрос длился столько часов, сколько живой человек выдержать не может, вот здесь он подписал протокол прыгающими пальцами. А вот здесь его сограждане решили, что он больше не должен жить – и подмахнули расстрельный приговор. И больше этого человека в семье не видели и не говорили о нем никогда, как будто вместо него в доме образовалась черная дыра. И вот теперь сидит внук над горкой справок и протоколов, закрыв лицо руками, и нет у него ответа на простые вопросы – как? За что? Почему?

Русский Гамлет – это не сын, это внук. Или даже правнук. К сыну тень убитого отца еще не являлась – вокруг него стояла такая стена страха, что никаким теням хода не было. А вот внука немножечко отпустило. Он перестал бояться и завертел головой – и ехидное восклицание Воланда – " Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!" – зазвучало трагически. Нет людей, целых семей нет, ходят под ногами хилые доски, не на что опереться, вместо прошлого кровавый туман – ползущий прямиком в настоящее. В котором стоит первое лицо и заявляет, что теперь прокуроры и следователи будут следить за тем, чтобы кто-нибудь не переписал историю. То есть оно не говорит, что мы вот сейчас откроем окончательно архивы, чтобы историки могли заполнить белые пятна, оно говорит – мы дадим по шее всем, кто попытается наступить на наши мифы, они же скрепы.

Кровавый туман вползает в настоящее не только по проторенной дорожке сфальсифицированных дел против мальчиков и девочек, которые якобы террористы, и ученых, которые якобы шпионы и предатели. Чего стоит хотя бы письмо 18-летней Таси Шеремет, больной муковисцидозом, о том, что с ней происходит без лекарств, отнятых ради импортозамещения: “С каждым вдохом понимаю, что вдыхаю все меньше. Легкие будто залили цементом. Я хочу упасть, но понимаю, что если я сейчас упаду, шансов у меня не будет. В палате я одна. В лучшем случае медсестры найдут меня через 15 минут. Будет поздно. Падать нельзя, надо кричать! Я ору…” А ведь до 2014 года лекарство у Таси было, и не только у нее. Подростки с муковосцидозом умирают в мучениях на глазах у родителей, чиновники твердят, что все в порядке – и не краснеют.

На самом деле алчная вертикаль, лишающая людей лекарств, создает механизм убийства, сравнимый с репрессиями – просто он не так заметен. Она создает его, и лишая людей чистого воздуха, и отравляя воду “экотехнопарками”, чье название прикрывает все те же ядовитые помойки, и вырубая леса, и даже, не смейтесь, запрещая ввоз приличного сыра из европейских стран, отчего на прилавках водворяется сырный продукт, замешанный на пальмовом масле. Куда бы ни посмотрел сегодня русский Гамлет, он всюду встречается глазами с Гертрудой, стоящей в облаке ядовитых брызг.

“Дивная связь человеческих идей в преемстве поколений и история человеческого духа, приведшие его во всем остальном мире к его современному состоянию, на нас не оказали никакого действия. Впрочем, то, что издавна составляет самую суть общества и жизни, для нас еще только теория и умозрение”, – написал почти 200 лет назад один русский Гамлет, носивший имя Петра Яковлевича Чаадаева. О нем написаны груды книг, об его рассуждения сломан целый лес копий, но я точно знаю – если бы он был неправ, сегодня в России не умирали бы дети, которым можно помочь. “Одна из самых прискорбных особенностей нашей своеобразной цивилизации состоит в том, что мы все еще открываем истины, ставшие избитыми в других странах и даже у народов, гораздо более нас отсталых. Дело в том, что мы никогда не шли вместе с другими народами, мы не принадлежим ни к одному из известных семейств человеческого рода, ни к Западу, ни к Востоку, и не имеем традиций ни того, ни другого. Мы стоим как бы вне времени, всемирное воспитание человеческого рода на нас не распространилось”. Это знаменитая цитата из первого “Философического письма” Чаадаева, единственного опубликованного, после чего тогдашний Клавдий, Николай Первый, объявил его сумасшедшим – Гамлету Чаадаеву и притворяться не пришлось.

Я думаю, если бы он был неправ, мир сегодня не смотрел бы в ужасе на зловещие художества наших “Новичков”, гуляющих по свету, от нас не прятали бы статистку по ковиду, и нами бы не правили люди, считающие общепринятую мораль ничтожной помехой – пусть она мешает лохам, а сильный человек всегда перешагнет через нее ради интересов корпорации. Если бы Чаадаев был неправ, над нами не стояли бы наследники людей, сделавших террор своей главной опорой, и они не достигли бы всевластия, которое их предшественникам не снилось.

То, что Чаадаев прав, то, что вспыхнувшее в нем прозрение достигло и наших дней, к сожалению, очевидно. Но примерно 20 прошлых лет я твержу только один вопрос – почему? Почему именно с нами случилось то страшное, что случилось, почему оно ходит кругами и повторяется? Тот Гамлет, который на него ответит, возможно, сумеет что-то изменить. Или остальные народы победят голод и болезни, колонизируют Марс, а мы так и будем изобретать яды и совершенствовать хакерские навыки, чтобы хоть навредить тем, кто лучше и добрее нас – если уж нельзя их догнать. А догнать нельзя – пока во главе угла только умопомрачительная жадность и презрение ко всему, чего нельзя купить за деньги. Только одного не стоит забывать – именно разнузданность властителей эпохи Броджиа подготовила Реформацию, которая не оставила от этой системы камня на камне.

Татьяна Вольтская журналист

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции

XS
SM
MD
LG