Ссылки для упрощенного доступа

Мобилизация: отправленных в Украину отцов детей-инвалидов не возвращают домой


Троих мобилизованных отцов детей-инвалидов из Петербурга отказываются вернуть домой, несмотря на указ Генштаба об отсрочке для родителей детей с неизлечимыми заболеваниями. На все запросы и жалобы их женам приходит либо ответ, что мобилизация произошла до того, как был принят указ, либо советы воспользоваться "льготами для семей мобилизованных" – бесплатным проездом или бесплатным питанием в школах и детсадах.

Семьи называют эти ответы "форменным издевательством" и признаются, что очень боятся за жизнь отцов детей: двое из них уже находятся в зоне боевых действий.

Согласно изменению, внесенному в октябре в директиву Генштаба, все отцы детей-инвалидов освобождаются от мобилизации. Тем не менее двоих героев этого материала отправили на фронт уже после этой даты. Всероссийская организация родителей детей-инвалидов (ВОРДИ) подтверждает, что отказы командования вернуть домой отцов мобилизованных детей лишены всякой логики: истории отцов, которых отказываются вернуть из зоны военных действий, полностью повторяют ситуацию и диагнозы детей у других мобилизованных, уже возвращенных.

Директива Генштаба – это документ для внутреннего пользования, разосланный Минобороны 9 октября. Фотографии приказа 10 октября публиковала председатель комитета Госдумы по вопросам семьи Нина Останина, однако на сайтах официальных государственных органов приказ нигде не был опубликован. В январе депутаты заявили о "поддержке законопроекта", но он до сих пор не принят. В документе говорится, кому дополнительно положены отсрочки от мобилизации: забронированным гражданам; временно негодным (на срок до полугода); гражданам, оформленным по уходу за близкими родственниками; опекунам родного брата или "несовершеннолетней неродной сестры"; гражданам, имеющим на иждивении трех и более детей до 16 лет; гражданам, имеющим на иждивении и воспитывающим без матери ребенка до 16 лет и так далее. Родителям детей-инвалидов отсрочка, по этому приказу, полагается только в случае, если ребенок имеет паллиативный статус или семья воспитывает троих детей, один из которых – ребенок-инвалид.

"У сына расстройство аутичного спектра – без отца он постоянно кричит"

– У Матвея расстройство аутистического спектра с нарушением интеллекта, – рассказывает его мама Александра Рудакова. – У таких детей особенность: им важно следовать устоявшемуся расписанию. Когда отца забрали, весь его мир перевернулся – ему страшно ехать в автобусе (сама я не вожу машину), ему страшно, что отец внезапно пропал и ему никак не объяснишь, что случилось. Сейчас он кричит и брыкается каждую нашу поездку, ведь он привык, что это Саша отвозит его на машине в спецшколу. Мне каждый раз приходится искать, кто бы смог посидеть с младшим сыном, когда я отвезу старшего. Потом возвращаюсь и веду младшего в детсад. Это в лучшем случае. Потому что, если кто-то из сыновей заболел, все остаются дома со мной. Со старшим никто кроме меня и мужа справиться не может, а больного младшего тоже ни на кого не оставишь. В этой ситуации никакие деньги и "зарплаты" не спасут: муж приносил домой не только заработок, он наравне со мной занимался обоими детьми. Кроме того, какие разговоры о деньгах могут быть, если ему каждую минуту грозит смерть?!

Иллюстративное фото
Иллюстративное фото

Первую повестку Александру Рудакову вручили 7 октября.

– Саша пришел в военкомат, там его заставили расписаться под второй на 9 октября. И прямо в этот день его увезли в воинскую часть в поселке Горелово, что в 30 км от Петербурга. 4 ноября, когда закон обязал вернуть всех мобилизованных с больными детьми, его уже увезли в зону боевых действий. После он долго не выходил на связь, я уже передумала все, что можно, – со слезами в голосе говорит Александра. – Спустя несколько месяцев сообщение с незнакомого номера: "Нам выдали оружие и патроны, куда-то везут". И вот уже почти месяц он опять не выходит на связь.

Первое обращение Александры с требованием об отсрочке для мужа из части направили губернатору Петербурга, потом из администрации города перенаправили в Красногвардейский район, и оттуда – в военкомат.

– Второй раз я писала уже сразу всем: губернатору, в район, прокуратуру, военкомат Петербурга, Минобороны – думала, что так смогу избежать перепинывания из инстанции в инстанцию. Но получила те же ответы: "Отсрочка не положена", – говорит Рудакова. – В военкомате у меня даже отказались принять документы: "А у нас нет распоряжений, что нельзя мобилизовать мужчин с ребенком-инвалидом". Чиновники отвечали еще хуже: "Воспользуйтесь льготами семей мобилизованных – гарантируем бесплатное посещение детсада, бесплатное питание в школе, бесплатный проезд для детей". Это форменное издевательство. Все эти льготы и так положены семье ребенка-инвалида. И как ими можно заменить отца? И в принципе почему мне нужно объяснять, как это трудно – воспитывать ребенка-инвалида в одиночку, и как дети скучают по отцу, если его мобилизация просто незаконна? Почему не исполняется введенное ими же правило [директива генштаба]?! Почему с детьми на руках я должна выбивать своему мужу право не погибнуть непонятно за что?

"Сын – инвалид I группы, органическое поражение мозга"

– Миша всегда был очень правильным и законопослушным, поэтому, когда пришла первая повестка, пошел в военкомат "разбираться". Боялся показаться уклонистом, хотя право на отсрочку тогда уже ввели, – говорит жена Михаила Кулякина Инна. – Пришел туда в конце октября со всеми документами, справками о том, что у нас 6-летний сын – инвалид I группы. Там его подробный рассказ выслушали и заявили, что надо "дособирать справки" – получить документ о том, что жена не работает, о том, что он единственный кормилец в семье, о том, что ухаживает не только за ребенком-инвалидом, но и двумя бабушками – обе живут с нами в одной квартире и требуют постоянного присмотра-ухода.

Когда Михаил собрал эти справки, ему пришла вторая повестка.

– Он честно пришел в военкомат, его пригласили на следующий день "на комиссию". Та, мол, примет ваши документы, и вы оформите положенную отсрочку от мобилизации, – вспоминает Инна. – Миша пришел, но документы у него принять отказались – зато на 13 часов дня назначили "выезд в часть". Мы стали звонили в администрацию района, а там долдонили одно: "Для отсрочки нет законных оснований". И мужа увезли.

Инна не работает, теперь она в одиночку вынуждена ухаживать за больным ребенком, мамой-инвалидом и бабушкой-блокадницей.

– Я просто не представляю, как жить. Тут один-то еле справляешься с 6-летним ребенком, у него органическое поражение мозга, и целый список сопутствующих заболеваний – сыну нужен постоянный уход, мы должны регулярно ездить в поликлиники, выполнять назначения врачей, – объясняет Кулякина. – У моей мамы сильно сдало здоровье, она почти лежачая – пенсионерка в памперсах, тоже нуждается в уходе. А бабушка вообще блокадница, ей 92 года, она инвалид II группы! Абсолютно лежачая, одна рука не действует вообще из-за травмы после аварии. Я просто разрываюсь между ними! Нанять няню не могу – не все подходят по квалификации, а кто подходит – там нужны такие деньги, которых у меня просто нет. Кто бы что ни говорил, но помощи для инвалидов в нашем государстве нет – за все нужно платить и немало. К тому же Миша ведь не только единственный кормилец нашей семьи – он после работы сменял меня в уходе за бабушкой и сыном. И что мне эта "зарплата" и тем более "гробовые" – мне мужа это не вернет, его не измерить никакими деньгами.

Ребенок-инвалид проходит занятие по развитию моторики, архивное фото
Ребенок-инвалид проходит занятие по развитию моторики, архивное фото

Кулякины писали в военкомат Калининского района, губернатору Петербурга и в администрацию Калининского района, обращались в прокуратуру района и к главному военному прокурору Северо-Западного военного округа.

– В ответ сухие отписки: "Ваше обращение перенаправлено", "Рассмотрим и о принятом решении сообщим отдельно" – и молчание, – жалуется Инна. – Перекидывают меня из одного ведомства в другое, а военкомат отказывается даже решение призывной комиссии показать. А часть моих обращений, по словам дежурного комиссариата, "утеряна"! Вот так просто. Когда мне Всероссийская организация родителей детей-инвалидов помогла с адвокатом, мы пробились на личный прием в администрацию Калининского района. Чиновница, не стесняясь, заявила, что право на отсрочку надо еще заслужить: "Это же не закон, а лишь директива. То есть военкоматы могут захотеть исполнять такое решение, а могут и не захотеть". Я вышла в шоке: то есть они могут бесконечно перекидывать друг другу родственников мобилизованных, потом терять наши документы и жалобы, и никто им не указ!

В прокуратуре Калининского района редакции Север.Реалии ответили, что "обсуждать вопросы мобилизации" с прессой по телефону не будут – на письменный запрос ответ также не получен. Военный прокурор Северо-Западного военного округа не ответил ни по телефону, ни на письменный запрос.

"Троих детей оставили без отца"

У семьи Белохатюк трое детей: старшая дочь 13-летняя Соня – инвалид по слуху, 10-летняя Полина под опекой и четырехлетний Леша. В октябре Герман Белохатюк отправился в военкомат по повестке с документами на всех троих детей, но его все равно мобилизовали.

– Чиновники и военные мне повсюду отвечают, что якобы ребенок под опекой – мужу не ребенок, мол, ты уже не многодетный отец. А то, что у нашей девочки – 3-я степень тугоухости, ей требуются слуховые аппараты, постоянный уход – это их не заботит! Они перевернули этот закон [директиву генштаба] так, будто для отсрочки нужно быть не только отцом ребенка-инвалида, но и многодетным, а "ваш третий ребенок – не ваш". Но это же не так – для отсрочки достаточно одного условия. А реалии таковы – дочь нужно повсюду сопровождать, младшего ребенка одного не оставишь – слишком маленький, – говорит Анжела Белохатюк.

Она пишет жалобы в военкомат, военную прокуратуру, но получает те же отписки, что и другие мобилизованные с детьми-инвалидами – "нарушений не обнаружено".

– Что бы ни говорили про якобы отличную госпомощь у нас детям-инвалидам, нам приходится буквально всё покупать за свой счет. Слуховые аппараты стоят безумно дорого – последний муж брал за 200 тысяч рублей! А государственная субсидия составила около 40 тысяч рублей. Можно назвать это реальной помощью? А теперь вместо помощи у нас взяли и отобрали того, кто действительно держал на плаву всю семью, – отца, единственного кормильца и помощника в уходе, – говорит Анжела.

По ее словам, единственный не формальный ответ она получила у сотрудницы администрации губернатора Петербурга.

– Обещали помочь, "чтобы на ваше дело обратили внимание". Но тут же добавили: "Шансов мало", – говорит Белохатюк.

"Полтысячи семей"

С начала мобилизация в электронную семейную приемную петербургского отделения Всероссийской организации родителей детей-инвалидов написали 560 семей. 540 из них – с единственной просьбой: помочь добиться возвращения отца. Остальные 20, к слову, обратились по этой же теме: их не мобилизовали, но вручили повестки.

– В итоге оказалось, что в одних военкоматах отпускали даже уже призванных мужчин, когда получали подтверждение, что их ребенок имеет статус инвалида. Правда, если речь шла о мобилизованных в учебных частях, которых не успели отправить в зону боевых действий. Им говорили, что, мол, отпускаем на время. А в других комиссариатах ровно такие же отцы не получали отсрочку, несмотря ни на какие заявления. Просто отказ, и все. Мне лично известно только об одном случае, когда уже призванный отец ребенка-инвалида вернулся, но ни он, ни его семья говорить не хотят. Боятся. И надеются, что о них как можно быстрее забудут, – говорит глава регионального отделения ВОРДИ Мария Панкова.

По словам Панковой, опасения семьи не напрасны, поскольку мобилизованному не предоставили никакого официального подтверждения об отсрочке.

– На оборотной стороне его повестки написали "отсрочка" и забрали у него бумагу, – поясняет Панкова. – В итоге мы пришли к выводу, что решение дать или не дать отсрочку принимает каждый военкомат самостоятельно. Ведь из одной и той же части в Горелово двоих мобилизованных отцов детей-инвалидов отправляют в зону боевых действий, а третьего с абсолютно той же ситуацией отпускают. Понятных нормативных актов просто нет. И в итоге судьба человека зависит от благосклонности конкретного комиссариата.

Всего власти планировали мобилизовать 300 тысяч человек, о том, что план выполнен, министр обороны Сергей Шойгу отчитался 28 октября. 31 октября об этом заявил и президент РФ Владимир Путин. Однако соответствующего указа об окончании мобилизации не подписал, потому что якобы "такой документ не нужен". Правозащитники неоднократно заявляли, что отсутствие опубликованного указа об окончании мобилизации дает Минобороны право снова начать призыв. Около 10 тысяч мобилизованных попали на войну в Украине по ошибке – у них была отсрочка или даже освобождение, после многочисленных жалоб родных их вернули домой. Сколько многодетных отцов было мобилизовано, неизвестно. 19 октября спикер Госдумы Вячеслав Володин заявил, что "отцы трех и более детей должны быть освобождены от мобилизации", и пообещал обеспечить контроль со стороны депутатов.
На основе открытых источников русской службе Би-би-си и "Медиазоне" удалось установить имена 1082 мобилизованных россиян (данные на 13 февраля), погибших на войне в Украине. С учетом того, что мобилизация началась только в конце сентября, получается, что все эти люди погибли всего за четыре месяца боев. 40% российских мобилизованных, чья смерть была подтверждена, погибли в период с 1 января.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG