Ссылки для упрощенного доступа

"Мы же не люди там, а как скотина в стойле". Украинские беженцы в России


Беженцы в Нижнем Новгороде. Архивное фото
Беженцы в Нижнем Новгороде. Архивное фото

Месяц, два или три – именно столько некоторые беженцы и депортированные с Украины ждут обещанные Россией 10 тысяч рублей, которые должны были получить сразу при въезде в РФ. Деньги, которые нужны людям, оставшимся практически без всего, не приходят по неизвестным причинам. Также у бежавших от войны много сложностей с получением временного убежища и медицинской помощи, выяснили корреспонденты Север.Реалии.

– Нет никаких сроков. Сказали, ничего не знают, ожидайте – когда-нибудь дадут, – рассказывает Анастасия, которая вместе с сыном ждет в Петербурге единовременную выплату в 10 тысяч рублей уже третий месяц. Она, как и другие беженцы, с которыми пообщались корреспонденты Север.Реалии, попросила не указывать свою фамилию, "чтобы не было проблем" в России.

Война России против Украины вызвала один из крупнейших миграционных кризисов в мире. Более 8 млн человек, по данным ООН на 21 июня, вынужденно покинули Украину, еще более трех млн человек (данные на 16 мая) оказались внутренними беженцами, то есть они покинули свои города, но остались в Украине. Больше всего беженцев приняла Польша – более 4 млн человек, но сейчас в стране находится чуть более 1,1 млн беженцев, в то время как в России, по данным ООН, 1,3 млн человек. При этом официальная российская статистика заявляет другие цифры: 2,1 млн беженцев, включая 340 тысяч детей, сообщило государственное информационное агентство ТАСС на 27 июня. При этом СМИ со ссылкой на официальных представителей неоднократно писали о том, что Россия насильно вывозит десятки тысяч человек из Украины. Часть людей вынужденно бежала от бомбежек на территории самопровозглашенной "ДНР" или аннексированного Крыма в Россию.

За шесть дней до полномасштабного российского вторжения России в Украину, которое началось 24 февраля 2022 года, президент РФ Владимир Путин поручил правительству выплатить беженцам "ДНР" и "ЛНР" по 10 тысяч рублей, которые "помогут беженцам обустроиться на новом месте, приобрести все, что необходимо на первых порах". Деньги выделили из резервного фонда. На начало июня Россия выплатила 3 миллиарда 15 миллионов 90 тысяч рублей беженцам, которые либо самостоятельно выехали, либо было насильно вывезены с территорий Украины, а также с территорий, которые находятся под контролем самопровозглашенных "ДНР" и "ЛНР". Выплаты получили 301,51 тысячи человек, что составляет "77,9% от общего количества поданных заявлений", говорится в сообщении РИА "Новости".

Беженцы, которые оказались в разных российских регионах, рассказали корреспондентам Север.Реалии, как они получали единовременную выплату и с какими трудностями сталкиваются в России.

Алена приехала с мужем и маленьким ребенком в Петербург из Луганской области еще в начале мая. До России они добирались двое суток. Выплату на всю семью ждут уже второй месяц, хотя деньги обещали выдать в течение 10 дней после подачи заявления.

– Я звонила. Сказала, что хочу узнать за выплату. Мне сказали перезвонить через 15 минут. Я уже сколько дней, а трубку просто не берут, – рассказывает Алена. – Муж подрабатывает. Квартиру нам сдали на три месяца только. Зарплаты хватает за квартиру заплатить и на покушать в ограниченном количестве, конечно. Бесплатного жилья волонтёры нам не нашли.

Проблемы коснулись не только Петербурга, но и других регионов, куда приезжают беженцы. На невыплаты жалуются беженцы в Краснодарском крае, Крыму, Ростовской и Московской областях.

Беженцы из Мариуполя прибыли в Приморский край. Архивное фото
Беженцы из Мариуполя прибыли в Приморский край. Архивное фото

От чего зависит срок выплаты и почему её задерживают, никто из опрошенных Север.Реалии беженцев не знает. Некоторым удавалось получить деньги довольно быстро – в течение двух, трех недель, пока другие ждали их по два-три месяца или ждут до сих пор. Кому-то объясняли, что их документы долго проверяют в миграционной службе, таможне или других, кого-то просто просят подождать. Только один собеседник Север.Реалии, который подавал заявление в Ростовской области, сообщил, что начальник социальной службы устно объяснил ему причину задержки выплат: "Финансирования пока не было".

Петербургская журналистика, которая занимается помощью беженцам из пункта временного размещения в городе Тихвин Ленинградской области Светлана Тихомирова написала письмо президенту России Владимиру Путину, в котором рассказала о проблемах беженцев. Подлинность письма Север.Реалии подтвердил знакомый журналистки, который вместе с ней помогает беженцам в Ленинградской области. Сама Тихомирова в разговоре с Север.Реалии не стала отрицать, что написала письмо Путину, но комментировать его отказалась.

Около 90% беженцев, которые находятся в Ленинградской области, могли не получить обещанную Россией выплату в 10 тысяч рублей, утверждается в письме.

"Ситуация в глубинке, по поступающим от волонтеров из других регионов сведениям, гораздо плачевнее, чем в Москве и Петербурге – там сами волонтеры из-за более низкого уровня жизни не могут обеспечить поддержку беженцев, люди голодают в прямом смысле этого слова", – говорится в письме Тихомировой.

Она пишет, что беженцы, которые не получили единовременную выплату, фактически не могут заняться дальнейшими вопросами, связанными с пребыванием в России: например, получением гражданства.

Наталья вместе с мужем от войны уехала в аннексированный в 2014 году Симферополь. Документы на выплату подавали в конце марта, денег нет до сих пор.

– Я звонила на горячую линию, говорят какую-то ерунду, мол, через Крым заезжали, там дольше все проходит, наберитесь терпения и подождите. Среди знакомых есть те, кто получил, но есть и такие, как мы. На обещанную помощь наша семья уже не надеется. Я думаю, обманывают людей. Деньги очень нужны были… Жить было не на что, пришлось продать личные вещи.

Мария из города Харцызск в Донецкой области уехала в Краснодарский край к родителям, которые переехали еще в 2014 году. Уже на следующий день после приезда она подала заявление на выплату. Деньги ей еще не выдали.

– Я много звонила на разные номера горячих линий. Никакого конкретного ответа мне никто не дал, только говорили везде – "ждите". Ходила несколько раз в соцслужбу, где подавала заявление, специалист сказала мне, что всех передают на Ростов, и для меня у нее больше нет никакой информации. А я даже не знаю, где там в Ростове какую службу искать, – рассказывает Мария.

По ее словам, когда она ходила в миграционную службу делать временную регистрацию, то все, с кем она там познакомилась, рассказывали аналогичную историю: после подачи заявления от чиновников слышно только одно – "ждите".

Мария говорит, что ей повезло, у нее здесь родители, а детей удалось сразу устроить в школу и детский сад. У других беженцев таких условий нет.

Проблемы с получением единоразовой выплаты оказываются лишь небольшим препятствием на фоне остальных сложностей, с которыми сталкиваются беженцы. Несколько человек рассказали Север.Реалии, что они не могут найти жилье, а в пункты временного размещения можно попасть только при условии, что человек был в составе эвакуационной группы, то есть вместе с другими беженцами выезжал с оккупированных территорий на специальном автобусе. Возникают проблемы с работой: без российского паспорта в работе, даже самой простой, отказывают.

– Я не смогла устроиться на работу – без паспорта не хотят брать. Хотя по ТВ говорили, что будут брать с миграционным учётом. Просто работодатель отказывает, говорит, подавайте документы на паспорт и приходите, – добавляет Наталья из Симферополя.

Мария тоже не может никуда устроиться – для этого надо пройти медосмотр. Получается замкнутый круг: нет обещанной выплаты – нечем оплатить проезд на медосмотр и обход врачей – без справки нельзя трудоустроиться и заработать деньги.

Елена добиралась из Мариуполя в Россию с дочкой и пожилой мамой. Но не по коридорам эвакуации, а своим ходом. Семье помогли доехать до Донецка, а потом 28 часов они ехали на автобусе в Московскую область.

– Тех людей, которые приезжают не по эвакуации, никто не расселяет в пункты временного размещения, все сами. Знакомые и дальние родственники, которые выбирались по эвакуации, попадали в пункты временного размещения, там их регистрировали, помогали. Но тоже – смотря где. Город городу рознь. Но в нашем случае мир не без добрых людей. Нас приютили на какое-то время, помогли с временной регистрацией. Правда, она уже подходит к концу, а что делать дальше, непонятно. У нас же вообще никого здесь нет, – говорит Елена.

После приезда в Россию она пошла в МФЦ написать заявление на единовременную выплату на 10 тысяч рублей. Это было еще 4 апреля. Денег не перечислили до сих пор. 21 апреля Елена подала заявление на временное убежище, сказали ждать около двух недель. Но звонка так и не было, начались майские праздники, из Украины успел приехать муж Елены (он, кстати, тоже подал заявление на выплату 4 мая, пока ее не получил). Она не выдержала и поехала узнавать – оказалось, что убежище ей одобрили, но ничего не сообщили.

– Я его получила в итоге, в бумаге стояла дата получения 4 мая, хотя у меня в этот день документа на руках еще близко не было, – объясняет она.

Также Елена проходит медицинский осмотр вместе с ребенком. Обычно на него дается неделя, но Елена проходит его уже почти три. Чтобы просто получить бланки на его прохождение, ей пришлось два дня ездить в центр в Одинцово. Туда же съезжаются люди со всей области.

– Прием с девяти утра. В полдесятого начальница идет с кружечкой – чай пить закончили. Ну вы серьезно? До обеда принимают 19 человек, а после – 35 человек. У них после обеда работоспособность, что ли, повышается? У них вся работа по принципу – "солдат спит, служба идет". Там масса людей, мы сидели просто на полу. Мы же не люди там, а как скотина в стойле. Я приезжала в семь утра, чтобы занять очередь только для того, чтобы пройти на территорию. Потом идет запись в кабинет, где тебе только выдают направление. Я была 86-я и в тот день не прошла. Они в день только около 60 человек могут принять. У меня маме еще это предстоит проходить, ей 70 лет, она еле ходит. Я не знаю, как мы там будем дневать и ночевать.

Елена уже не требует предоставить ей выплаты, ей просто хочется устроиться на работу и зарабатывать деньги самой. Но без документов сделать это невозможно.

Беженцы из Мариуполя в России. Архивное фото
Беженцы из Мариуполя в России. Архивное фото

– Как я найду работу, если я должна с утра до вечера бегать за этими документами? Может, это смешно звучит, но мы с мужем установили шагомер на телефон. Мы в один день прошли 24,5 километра. Представляете, сколько бы денег ушло на проезд для всего этого? Какой работодатель будет меня отпускать каждый день?

По словам Елены, она постоянно смотрит видео из Мариуполя и видит над государственными учреждениями два флага – так называемой "ДНР" и России. Она считает, что если уж Россия взялась помогать беженцам, то должна это делать по-человечески.

– Понимаете, из-за войны, развязанной Россией в Украине, мы были вынуждены покинуть свои дома, люди многие до сих пор в прострации находятся. У нас же просто ничего не осталось, возвращаться некуда. Мы уехали в том, в чем были. Приехали без элементарных вещей. Я в лыжной куртке с прожжеными рукавами, потому что стояла у костра... Мне тут сказали, что мы, наверное, под шумок сюда приехали. Да не приехала я бы сюда ни под шумок, ни без шумка... Если вы уж принимающая сторона, ну примите нормально. Сделайте вы по-человечески для людей, которые просидели в холоде и голоде, под бомбежками, которые еду готовили на костре. Сделайте для детей, которые сидели без света, без воды. "Мамочка, я голодная буду сидеть, пожалуйста, не выходи во двор, не нужно готовить", – мне ребенок говорил. Потому что только что в твой двор прилетел снаряд, а люди, которые стояли у костра, погибли. Ребенок за тебя боится и готов в свои 10 лет сидеть голодным. Неужели для нас нельзя хоть немножечко все упростить?

Елена надеется вернуться в Мариуполь. Она не рассматривает варианты остаться в России или уехать в европейские страны.

– Мой дом – это Мариуполь. Только туда вернусь. Наверное, я могла бы и в Европу уехать, но хорошо там, где нас нет, – поясняет она.

Светлана Ганнушкина
Светлана Ганнушкина

Светлана Ганнушкина, эксперт совета, созданного при Уполномоченном по правам человека в России и руководитель комитета "Гражданское содействие", который много лет занимается помощью беженцам, говорит, что приезжие из Украины постоянно обращаются с самыми разными проблемами: от нотариального перевода до пропажи людей при так называемой "фильтрации" при переходе границы. Главная проблема, по её словам, – это "длинная бюрократическая процедура, которая состоит из двух частей: подача документов и некая проверка, после которой решают выдать эти деньги, и отправляют в другие регионы, куда отправляют эти деньги. Поэтому начинается другая проблема – бюрократическая процедура на месте".

– Люди теряют столько времени, и непонятно, как они должны существовать, и вообще они теряют надежду. К нам пришло с 24 февраля 3300 человек за помощью, и среди них очень мало людей, которые получили эти 10 тысяч рублей. Я видела одного, сотрудница, которая принимает много людей, видела 10 человек, другие говорят – 1–2 человека. Это очень долго длится, а на самом деле это важно сделать в начальный момент. Конечно, для людей это очень важные деньги, и важно, чтобы они сразу выдавались.

Граждане Украины и из так называемых самовпровозглашенных "народных республик" только после получения 10 тысяч рублей от России могут обменять максимум 8 тысяч украинских гривен (примерно 20 тысяч рублей) по "фиксированному курсу 2,5 рубля за одну украинскую гривну". Такой ответ "Гражданское содействие" получило от Центробанка РФ. ЦБ объясняет ограничения тем, чтобы исключить возможность обмена неконтролируемого объема украинской гривны на рубли. Как связаны между собой получение 10 тысяч рублей и обмен 8 тысяч гривен, непонятно, отмечает правозащитница.

– Самое удивительное: почему людям не дают возможность разменять гривны до того, как они получили эти 10 тысяч рублей. Какая тут логика? Логику нам не объяснили, но я так её понимаю, что тот, кто эти 10 тысяч получил, – он "правильный украинец", видимо, поэтому он может и гривны обменять.

У приехавших в Россию официально нет статуса "беженец". По всей стране на сегодня формально "беженцами" признаны 304 человека, из них 27 украинцев. За первый квартал 2022 года "беженцами" в России признали лишь двух человек. У приехавших в России всего два способа легально остаться в стране – получить временное убежище или разрешение на временное проживание.

– Проблем очень много. Но самое, конечно, страшное – это нарушения на въезде, грубое обращение, избиения, фабрикация административных дел с целью задержания, незаконные задержания и вообще самые страшные слухи о том, куда уходят люди, которые не прошли фильтрацию. Это самое главное, – считает Ганнушкина. – Еще одна проблема, довольно смешная. С территории Украины приезжают граждане России, которые жили там постоянно с российским паспортом. Когда наши граждане приезжают, они даже не имеют права на эти 10 тысяч. Получается дискриминация российских граждан, что тоже довольно странно.

Трудоустройство – еще одна проблема для сбежавших от войны и депортированных украинцев.

– 24 марта в "Российской газете" было опубликовано заявление первого заместителя МВД Александра Горового о том, что граждане Украины и двух этих так называемых республик ("ДНР" и "ЛНР") смогут заниматься трудовой деятельностью в России без оформления патентов. 31 мая мы делали запрос в МВД, и нам ответили, что в настоящее время прорабатывается вопрос законодательного закрепления. То есть замминистра объявляет, что можно без патента работать, и люди в надежде пытаются устроиться на работу. А оказывается, что это только прорабатывается. С временным убежищем получить работу тоже достаточно трудно: работодатель такого документа просто не знает, – говорит Светлана Ганнушкина.

XS
SM
MD
LG