Ссылки для упрощенного доступа

"Воображаю парижские бордели". Писатель Андрей Филимонов о Пушкине и пропаганде


Андрей Филимонов
Андрей Филимонов

"У Пушкина тоже были неудачные стихи. Их даже в школьных хрестоматиях не полностью публикуют".

Аркадий и Борис Стругацкие. "Понедельник начинается в субботу"

Как убеждённый патриот России, Пушкин с неодобрением отзывался о "стоящих в оппозиции", не испытывал пиетета к Европе, поддерживал специальную военную операцию 1830 года в Польше, и сам готов был защищать родину до последней капли крови. Это краткий пересказ статьи "Гордость России" из блога председателя СФ РФ Валентины Матвиенко к очередному дню рождения Александра Сергеевича. В оригинале очень длинно:

"личность Пушкина, и его бесценное наследие являют собой воплощение русскости в самом точном и высоком смысле этого понятия, органично соединяющего в себе любовь к русскому языку, к России, к её истории, культуре, готовность трудиться на благо Отечества, а в случае необходимости – и защищать его".

Почему-то сразу вспоминается письмо, которое Пушкин отправил Вяземскому из Михайловской ссылки в 1824 году:

"Ты, который не на привязи, как можешь ты оставаться в России? Если царь даст мне слободу, то я месяца не останусь… когда воображаю Лондон, чугунные дороги, паровые корабли, англ. журналы или парижские театры и бордели - то мое Михайловское наводит на меня тоску и бешенство… Незабавно умереть в Опоческом уезде".

Тут даже не пиетет, а настоящий восторг всех чувств по поводу воображаемых борделей Парижа. Но дело, конечно, не в этом мелком передергивании из очередного сочинения на тему "Пушкин – наше всё". Главное, что лик поэта весь прошлый год глядел на жителей оккупированного Мариуполя с огромного баннера, прикрывавшего руины драматического театра. В марте 2022 года жители города укрывались здесь от российских обстрелов. 16 марта бомбы, пробившие крышу театра, взорвались в зрительном зале, заживо похоронив под обломками несколько сот человек.

А потом пришли "освободители" с портретом Александра Сергеевича, которым прикрыли место преступления. "Гордость России", ничего не скажешь. После этого как-то не удивительно, что в Украине сносят памятники Пушкину как имперские символы.

В реальности поэт сам немало пострадал от своей империи: правительство отправляло его из одной ссылки в другую, цензоры читали его переписку, царь лично правил его стихи. Но кого сейчас интересуют факты. Значение имеет только символический ряд, в котором Пушкин стоит плечом к плечу с Лениным, Суворовым и другими образами российской пропаганды – член духовного генштаба страны-агрессора.

"Русскость Пушкина, его творческий гений – наша надёжная опора. И в нынешнем геополитическом противостоянии с Западом, борьбе с русофобией во всех её проявлениях," – пишет (не очень грамотно) спикер Матвиенко, очевидно находя в творчестве поэта оправдание агрессивной внешней политики Российской федерации. Типа, отсель, понимаешь, грозить мы будем шведу!

Вот и министр иностранных дел Сергей Лавров ещё в прошлом году продекламировал на камеру пушкинское "Клеветникам России":

Иль русского царя уже бессильно слово?

Иль нам с Европой спорить ново?

Иль русский от побед отвык?

Современники, правда, с брезгливостью отреагировали на эти вирши, тот же Вяземский назвал их "шинельными одами", прозрачно намекнув, что такое сочиняется только по долгу службы.

Но пропаганде (и тогда и сейчас) требуется именно шинельное, прямолинейное, надрывно-патриотическое, и чтобы за подписью великого поэта. Украинцы, принимая навязанные им правила игры, в ответ "кэнселят" имя Пушкина вместе с его скульптурными изображениями.

"То, что в России называют культурой, творцом и проводником которой является поэт Пушкин, работало на уничтожение украинской идентичности ещё раньше, чем российские крылатые ракеты. С именем Пушкина происходила колонизация украинского культурного пространства," – считает украинский писатель Андрей Кокотюха.

Демонтаж памятника Пушкину в Днепре. Декабрь 2022 годап
Демонтаж памятника Пушкину в Днепре. Декабрь 2022 годап

Кстати, насчет колонизации. Особенно активный "Пушкинстрой" в России начался к 200-летию поэта, одновременно с операцией "Преемник". Чистое совпадение, разумеется. Но за 24 года, прошедших с тех пор, появилось 95 новых памятников – больше, чем за все годы советской власти.

В частности, Пушкиным "колонизировали" практически всю Сибирь, где до этого памятники Александру Сергеевичу можно было пересчитать по пальцам.

Коренные сибиряки словно чувствовали имперскую чужеродность поэта из Петербурга и глухо сопротивлялись идее увековечить его на своей земле.

Так, в 1871 году иркутский генерал-губернатор предписал Нижнеудинскому полицейскому управлению "произвести в уезде сбор денег на памятник поэту Пушкину". Спустя 5 лет из Нижне-Удинска в генерал-губернаторскую канцелярию прислали 4 рубля 70 копеек с припиской, что "эти деньги удалось собрать только в одной Братской волости, да и то благодаря лишь полицейским мерам воздействия".

Ладно, это была глухая провинция. Но когда в университетском Томске накануне столетия со дня рождения Пушкина был объявлен сбор средств на памятник, горожане раскошеливаться не пожелали: сумма добровольных пожертвований составила 1 рубль 25 копеек.

До обидного мало за "гордость России". И куда только смотрела полиция?

Подписывайтесь на инстаграм, телеграм и YouTube Север.Реалии. Там мы публикуем контент, которого нет на сайте!

Андрей Филимонов – писатель, журналист

Высказанные в рубрике "Мнения" точки зрения могут не совпадать с позицией редакции

XS
SM
MD
LG