Ссылки для упрощенного доступа

"Ну а куда государству спешить?" Как люди в России всю жизнь ждут переселения из аварийных домов


Квартиры в доме 8 по улице Пушкина в Пскове
Квартиры в доме 8 по улице Пушкина в Пскове

Плесень, сырость, грибок, перекошенные стены, отсутствие туалета и даже обычной воды – обыденное дело во многих домах, где вынуждены выживать тысячи людей по всей стране. Регулярно принимаемые властями программы расселения из аварийного жилья работают плохо: ждать приходится годами, а то и десятилетиями. А выделяемые на эти программы бюджетные деньги обычно куда-то исчезают.

Подписывайтесь на инстаграм, телеграм и YouTube Север.Реалии. Там мы публикуем контент, которого нет на сайте!

Кондопога, Карелия. Туалет на улице, воды нет, в крыше дыра

Дом в карельском городе Кондопога по адресу ул. Шежемского, 12 – один из самых старых в городе, 1938 года постройки. Он стоит в самом центре Кондопоги, между детским садом и школой. В доме печное отопление, воды и канализации нет, крыша давно протекает. Однако аварийным дом признан только в 2018 году.

Дом 12 по улице Шежемского в Кондопоге
Дом 12 по улице Шежемского в Кондопоге

– Нас не признавали аварийным домом очень долго, – рассказывает жительница дома Светлана Тужикова. – Потому что в доме живут неблагополучные люди, а надо было заплатить за комиссию (которая обследует дом на предмет его аварийности. СР.). То 50 тысяч называли в мэрии, то 25. У нас в доме никто не стал скидываться. Я знаю, что другие дома платили и они раньше прошли как аварийные. А мы вот ждали, пока нам бесплатную комиссию сделают. А она не во все квартиры попала, только в те, которые еще более-менее… А вон попали бы на второй этаж, там в квартире даже потолка нет.

Светлане 61 год. В дома на Шежемского она живет с бывшим мужем и дочерью Тамарой, которая родилась с синдромом Дауна. Сейчас Тамаре уже 41 год. Квартиру в бараке на Шежемского семье дали в 1998 году.

Дом стремительно разрушается. Самую крупную дыру в крыше – размером примерно метр на метр – жильцы завесили изнутри полиэтиленом.

Крыша дома в Кондопоге
Крыша дома в Кондопоге

Недавно власти отчитались в сетях о том, что поставили задвижку на уличный туалет рядом с этим домом.

Ответ чиновников на ремонт туалета в Кондопоге
Ответ чиновников на ремонт туалета в Кондопоге

До последнего времени туалет стоял с распахнутой настежь дверью в сторону площадки детского сада.

Но обитатели дома по улице Шежемского туалетом этим все равно не пользуются.

– Он у нас очень страшный, в него никто не ходит, – рассказывает Светлана Тужикова.

– А как же вы справляетесь? Зимой, например?

– Так в ведро. Ведро у нас есть. А мыться ходим иногда к сыну моему, у него тут рядом квартира, полублаг. Иногда соседи из ближайшей новостройки к себе приглашают. В общественную баню мы раньше ходили, но дочка не любит там бывать, она пугается, когда на нее смотрят.

Туалет, которым должны пользоваться жители аварийного дома 12 по улице Шежемского в Кондопоге
Туалет, которым должны пользоваться жители аварийного дома 12 по улице Шежемского в Кондопоге

После признания дома аварийным семье Светланы Тужиковой предлагали переехать в так называемый маневренный фонд – временное жилье, пока не будет построен дом для переселенцев, но Светлана отказалась.

Подъезд дома, в котором Светлана Тужикова живет вместе с дочерью и бывшим мужем
Подъезд дома, в котором Светлана Тужикова живет вместе с дочерью и бывшим мужем

– Я почему не согласилась? Предложили комнату в общежитии, а как я туда с больным ребенком поеду, где я ее там искать по общежитию буду? Потом давали цокольный этаж – это подвал значит. У меня астма, у дочери проблемы с кожей. Мы там никак не сможем. А потом, если я соглашусь, я боюсь, что мы оттуда, из подвала этого, больше никуда не выберемся.

Отопление в доме печное. На полтора месяца требуется примерно 4 куба дров, последний раз за них жильцы заплатили 3400 рублей. Зимой дров уходит еще больше, потому что топить надо чаще, иначе дом промерзнет.

Воды в доме тоже нет. Ближайшая колонка – метрах в 200, через дорогу. В домах, которые стоят рядом с колонкой, вода при этом есть.

Колонка, куда жителям дома 12 по Шежемского нужно ходить за водой
Колонка, куда жителям дома 12 по Шежемского нужно ходить за водой

Счета за коммунальные услуги приходят меж тем регулярно. Жильцы должны платить за электричество, за воду (в колонке за 200 метров) и за таинственное "АДО и ПО". Колоночное водоснабжение обходится в 41 рубль ежемесячно, а строчка "АДО и ПО" – целых 734 рубля в месяц. Светлана не знает, что это за строчка: приходит – значит, надо платить. Методом поиска в интернете удается выяснить, что АДО – это "аварийно-диспетчерское обслуживание", а ПО – вероятно, "прочее обслуживание". Счет выставляет организация под названием ООО "Кондопожское ЖКХ", однако сайт Фонда развития территорий информирует, что дом не обслуживает никакая управляющая компания.

Дорога к туалету
Дорога к туалету

На том же сайте расселение дома на Шежемского запланировано на 26 июня этого года. Видимо, дата была указана с расчетом на опережающие темпы расселения, потому что в программу дом, признанный аварийным только в 2018 году, попасть был не должен. Но опередить, вопреки заявлениям губернатора, не получилось. Согласно комментарию администрации Кондопожского района, "указанный дом признан аварийным после 1 января 2017 года, расселить его в рамках действующей Региональной программы не представляется возможным".

– В январе мы ходили в мэрию узнать, когда нам готовиться к переезду, – рассказывает Светлана. – Тогда и выяснилось, что переезжать мы будем только в декабре 2025 года. Если, конечно, еще раз не продлят. Нас никто не предупреждает специально, если бы не пришли сами – так никто бы и не сказал. Про нас тут, кажется, вообще забыли.

Действующая программа расселения аварийного жилья в Карелии рассчитана на 2019–2025 годы реализации. Предыдущая программа в 2016 году была фактически сорвана: Фонд содействия реформированию ЖКХ выделил республике в 2014–2015 годах более миллиарда рублей, а обязательства были выполнены только на 21 процент. Тогдашний глава республики Александр Худилайнен получил за срыв программы президентский выговор, а спустя год и вовсе ушел в отставку. Председатель наблюдательного совета Фонда содействия реформированию ЖКХ Сергей Степашин напрямую говорил, что именно невыполнение программы по расселению стоило губернатору его должности.

Новая программа 2019–2025 предусматривает расселение домов, признанных аварийными в период с 1 января 2012 года по 1 января 2017 года. В планах Минстроя Карелии расселение 1825 квартир, находящихся в собственности, и почти 2200 муниципальных.

Еще в 2020 году нынешний губернатор республики Артур Парфенчиков поставил Минстрою задачу завершить новый этап расселения не в 2025 году, а в 2023-м. В апреле 2023 года глава Карелии Артур Парфенчиков отчитался о досрочном расселении части домов, но когда расселят дом в Кондопоге – неизвестно.

Малая Вишера, Новгородская область. "Издевательство над людьми"

Третий год на крыше деревянного барака по улице Саши Александровой, 68 в Малой Вишере лежит дерево. Куда только ни жаловались по этому поводу жильцы, никто его так и не убрал. Сам дом еще в 2018 году признали подлежащим сносу до конца 2023 года. Однако, как утверждает владелица одной из квартир Елена Мургузова, маловишерские власти говорят, что его расселят не раньше 2025–2030 года: нет денег.

Дом, в котором живет Елена Мургузова
Дом, в котором живет Елена Мургузова

– В доме никогда ни воды, ни газа не было, – рассказывает Елена Мургузова. – За все годы с постройки дома только крышу отремонтировали. Электричество я сама отключила в своей квартире, так как боялась, что бомжи залезут в квартиру зимой. Как там жить до 2030 года? Издевательство над людьми: дом три раза горел, там холод собачий, тараканы и клопы. Стена в квартире выперлась на улицу, дом "играет". Газ из баллона, вода из колонки на улице – вот и все "удобства" дома с деревом на крыше.

– В России люди бедные, в своё время хотела взять квартиру в ипотеку, банк отказал, зарплата маленькая, – жалуется Елена. – Никто мне не поможет, кроме сына, – говорит она. – Он у меня замечательный, выучился на юриста в новгородском строительном колледже, отслужил в армии.

Елена Мургузова
Елена Мургузова

А в октябре сына Елены Эльтача мобилизовали, и сейчас он воюет в Украине.

Елена Мургузова рассказывает, что ее дом осматривали представительницы Совета матерей мобилизованных. Ужаснулись, но ничем не помогли.

Недавно к Мургузовой приезжал сотрудник из Следственного комитета по Великому Новгороду и "в кабинете главы района взяли заявление на маневренный фонд, обещали выделить квартиру".

– Ждем, – говорит разговор Елена.

Остальным обитателям аварийного дома никакой помощи с жильем никто в ближайшее время не обещает.

В этом году в Новгородской области начала действовать новая программа расселения аварийного жилья, в которую как раз попали дома, признанные ветхими с 2017 по 2022 год. Предполагается, что действовать она будет до 2027 года. На ее реализацию в Новгородской области пообещали потратить 3,5 млрд рублей. Маловишерский район должен получить 20,6 млн рублей.

Сыктывкар, Коми. "Из цивилизации только централизованное отопление"

Центр и окраины столицы Республики Коми Сыктывкара застроены деревянными жилыми домами: их тут более 1300. Временные "деревяшки" возводили для работников предприятий полвека назад, и большая часть такой недвижимости уже пришла в негодность. Дома часто не имеют канализации и питьевой воды, лестницы и стены иссыхают и рушатся.

Один из аварийных домов в Сыктывкаре
Один из аварийных домов в Сыктывкаре

– Воду носят с колонки. Туалет – выгребная яма. Из цивилизации только централизованное отопление, – рассказал Север.Реалии один из жителей Сыктывкара Александр Янский.

Ветхими и подлежащими сносу в столице Коми признаны более 860 деревянных домов. Очередь движется медленно: каждый год расселяют не больше дюжины зданий. Программа капремонта для таких домов остановилась, поэтому многие семьи ждут расселения с риском для жизни. К примеру, в местечке Лесозавод только за февраль 2023 года МЧС тушили пожары в пяти домах "с низкой огнестойкостью".

Константин
Константин

Константин Шишлаков живет в аварийном доме в сыктывкарском районе Красная Гора на берегу реки Сысола. До центра города – меньше трех километров. Деревянный особняк с пластиковыми окнами, который сегодня делят несколько десятков семей, построили в 1969 году для сотрудников сыктывкарского Водоканала.

– У нас очень крутой район, очень красивый! Природа кругом, речка, многоквартирных домов тут осталось четыре, остальные частные дома. Тут живут и большие семьи, и одиночки, есть и пенсионеры. Живут много лет. 34 человека, из них двенадцать детей. В целом никто не хотел бы уезжать, тут почти у всех свои участки с огородами и баньками. Но состояние дома печальное, – говорит Константин.

Многоквартирный дом на Красной Горе признали аварийным в 2021 году. Согласно указу властей города, расселение его может продлиться до 2028 года.

– Я считаю, что нельзя людям в таких домах жить: признали аварийным – значит, надо переселять в самое короткое время, до года максимум! А не ждать ещё шесть лет. Тут крыша вся разбита. Трубы оголены, их ни разу их не продували с момента, когда убрали печное отопление в 70-х. Проводке больше 30 лет, и она не рассчитана на нагрузку современных бытовых приборов. Фундамент практически весь обрушился, полы перекошены. Зимой плюс 10 градусов! В итоге бумажкой о том, что дом снесут к 28 году, отмазываются как могут. А нам от этого не легче! Дом словно сарай, продувает, не греет, а платить надо как за новую квартиру. На время расселения нам неофициально всем предлагают переехать в Максаковку в общежитие, – говорит Константин.

Маневренный фонд в Максаковке – поселке городского типа в 10 км от Сыктывкара – внушает страх жителям расселяемых домов. Это общежитие с душевыми и кухней на этаже, куда соглашаются ехать только в крайних случаях, например, погорельцы.

Сыктывкар
Сыктывкар

60-летний Юрий Завьялов – в прошлом водитель сыктывкарской станции скорой помощи – в середине 2000-х развелся с женой, отправил дочь на учебу в Санкт-Петербург и жил в одиночестве в трехкомнатной "деревяшке" в пяти минутах от центральной площади города. Оставался там, даже когда в 2016 году дом признали аварийным, до тех пор, пока осенью 2022 года к дому не подъехал бульдозер.

– Я в 1985 году туда прописался и безвылазно там живу. Ничего не предлагали взамен. Дом в центре города, ухоженный, никаких пьянок, ничего. Выгоняли с приставами, заставили вывезти вещи, штрафовали за неисполнение решения суда, – рассказал Север.Реалии Юрий Завьялов.

Пенсионер уточняет, что планирует оспорить решение суда о принудительном выселении, а пока живет "на даче у друга". Городские власти говорят, что все жители аварийного дома на Интернациональной улице свои выплаты получили, а Завьялов якобы отказался от комнаты в маневренном фонде.

– Почему я за 35 лет своей работы на Крайнем Севере не могу получить квартиру? Наша страна, наша власть меня просто как щенка выкинула из очереди на улицу в никуда, – говорит Завьялов.

Расселение "деревяшек" в Сыктывкаре проходит со скандалами не впервые. Привыкшие жить в центре города и со своим огородом люди не всегда готовы переезжать на окраины. Так, например, в 2016 году сыктывкарцы пожаловались, что новые дома для переселенцев мало превосходят по качеству старые: построены с нарушениями, а планировка не предусматривает отдельной кухни.

Псков. "Если вдруг дойдет война, то все по подвалам пойдут, а наш подвал весь говном затоплен"

Дом по адресу Пушкина, 8 в Пскове расположен в историческом центре города, в тридцати метрах от Псковского драматического театра и в ста от здания Правительства региона. Он был построен в конце XIX – начале XX века как доходный дом в кирпичном стиле, сейчас считается памятником архитектурного наследия.

Дом 8 по улице Пушкина в Пскове
Дом 8 по улице Пушкина в Пскове

– Тут множество проблем, – делится местная жительница Валентина, которая снимает в этом доме комнату уже пять лет. – Я вот живу на последнем этаже, мы там чердак загородили сами, потому что там постоянно бомжи.. Ну а так – все течет: и в ванне и в туалете, пол проваливается, вентиляция не работает. Обещают переселить, все люди ждут.

Дореволюционный дом признали аварийным совсем недавно. В трехэтажном здании располагаются квартиры коммунального типа, в каждой по 4–5 комнат. Некоторые собственники забросили свои жилища, а некоторые сдают комнаты в аренду – за 5 тысяч рублей в месяц.

Пенсионерка Алла Нестеренко занимает комнату в квартире на третьем этаже с 1985 года, жалуется на прогнившие полы, потолки, прохудившиеся трубы. Но при этом считает, что у российских властей сейчас есть дела поважнее, чем аварийное жилье.

– Ну а куда государству спешить? Когда у него столько вопросов, чтобы был мир, чтобы все нормализовалось. Сейчас нам даже стыдно о чем-то заикаться. Как мы можем претендовать, когда некоторым людям хуже, чем нам. Вон, взорвали Каховское водохранилище, которое мне знакомо до боли костей. Нам грех выступать и чего-то просить, люди в худших условиях живут. Просто молчим, – говорит Нестеренко.

Алла Нестеренко
Алла Нестеренко

Алла Георгиевна двадцать лет прожила в Крыму и девять лет в Краснодарском крае, сюда вернулась по совету брата, который сказал: "Умирать надо дома". Из-за войны в Украине в семье Нестеренко произошел раскол: дочь и внучка не хотят возвращаться в Россию.

– В 1991 году пришлось уехать из Евпатории, нужно было принимать гражданство Украины. Я не приняла его, решила поехать в Россию, – рассказывает Алла Георгиевна. – Поехала в Ейск на Азовское море. Очень там хорошие люди, такие хлебосольные, другой менталитет, другая жизнь для пенсионеров. Ну а здесь – самая нищая Псковская область и самая дремучая. Народ такой флегматичный. Но мы русские, мы привыкли. У меня дочка живет в Испании, владеет шестью языками. Она про Россию не хочет и слышать, а я говорю: "Это предательство, эгоизм, это нехорошо!" Ну вот мы воспитаны на Гайдаре, на "Четвертой высоте", на патриотизме.

Общая кухня в коммунальной квартире в доме 8 по улице Пушкина в Пскове
Общая кухня в коммунальной квартире в доме 8 по улице Пушкина в Пскове

Во дворе дома есть небольшой цветочный сад, огороженный невысоким деревянным забором, за ним следит 78-летняя Алла Грозаву. Она еще в восьмидесятые годы отправляла письма Генеральному секретарю ЦК Михаилу Горбачеву с просьбами о расселении.

– Люди тут не живут, а выживают. Чиновники все ходят, смотрят, фотографируют. Прокуратура была как-то и тоже: "Ой, да, там один товарищ должен вашим домом заниматься, но он не хочет заниматься". Все это мертвое дело. Путин говорил, что надо расселять такие дома, но сказали до 25-го года. Теперь Ведерников говорит: "Семьсот миллионов выделили, но мы потратили их на войну" (в начале июня губернатор области Михаил Ведерников во время отчета о деятельности регионального правительства рассказал, что с 2022 года властям приходилось "корректировать некоторые планы, отказываться от реализации части проектов", но утверждал, что все планы были исполнены.– С.Р.). По телевизору говорил, мол, люди воюют, нужна помощь, у нас много проблем. А мы страдаем уже сколько лет? Если вдруг дойдет война, то все по подвалам пойдут, а наш подвал весь говном затоплен. Так там еще и крысы. А по телевизору говорят, что все хорошо. Мы каждый год надеемся, все думаем: "Господи, неужели нам не придется как белым людям пожить в квартирах?" Мне соседка говорит: "Алла Ивановна, неужели мы не поживем". Я говорю: "Нет, Надя, мы с каждым годом стареем, организм стареет, нас быстрее вынесут вперед ногами, чем нам дадут квартиру", – говорит Алла Грозава.

Одна из комнат в аварийном доме в Пскове
Одна из комнат в аварийном доме в Пскове

Областная программа по переселению из аварийного жилья реализуется с 2019 по 2025 год, общий объем финансирования – более 1,1 млрд рублей, в нее включены дома, признанные до 1 января 2017 года аварийными.

В Печерском районе дом для переселенцев был построен с многочисленными нарушениями строительных норм и правил. Вместе с тем администрация района выдала разрешение на ввод объекта в эксплуатацию. Суд обязал местную администрацию устранить нарушения.

29 мая в поселке Заплюсье Псковской области в одной из квартир дома №3 по улице Римского-Корсакова обвалился потолок. Никто из жителей не пострадал. По предварительной информации, обрушение произошло из-за износа балок перекрытия, которые длительное время подвергались воздействию дождя и снега. Прошлым летом в Плюссе в трехэтажном панельном доме обрушились балконы третьего и первого этажей, обошлось без пострадавших.

Колпино, Санкт-Петербург. "Мы ждем, ждем, ждем"

Квартал Красный Кирпичник в Колпине многие называют "колпинский 101-й километр". Дома здесь строили после войны пленные немцы. Их в городе называют "немецкими коттеджами". Двух-трехэтажные небольшие симметричные домики в классическом стиле, с большими зелеными дворами и тихими улочками. Но внутри – осыпающаяся штукатурка, трещины в стенах, из подвалов тянет сыростью. В 2011 году власти обещали квартал Кирпичника расселить, а жителям выдать квартиры в новостройках рядом. За 11 лет программы расселения из 22 домов расселили только три.

Аварийный дом в Колпине
Аварийный дом в Колпине

Олег Датеев, который живет уже более 30 лет в комнате коммунальной квартиры на первом этаже, показывает на пятно на фасаде дома – там, куда у него выходят окна комнаты.

– Вот, видите пятно? Как думаете, сколько ему лет? – спрашивает Олег и, не дожидаясь ответа, сам отвечает. – В 96-м году меня со второго этажа 1,5 часа кипятком заливало. Вот этому пятну уже 27 лет. – Во время публичных слушаний по реновации в далёком уже 2011 году нам чиновники, как говорится, зуб давали. Мол, через год после начала строительства все мы будем переселены в новые дома. Ласкали нам уши обещаниями. На мои запросы чиновники обещали расселение моего дома в 2020 году. Потом прокуратура утверждала, что необходимости её вмешательства нет, поскольку дом мой расселят в 2021 году. Но уже в этом году замглавы района Е.А. Шкарупин сообщил мне, что мой дом теперь в каком-то списке на расселение под номером 8 и расселить его планируют до 2030 года. Категорически не верю, – говорит Датеев. – Для расселения всего квартала хватило бы одной новостройки, которые как грибы после дождя появляются по соседству. Но нет, все в продажу идет. А нам говорят подождать ещё с десяток как минимум лет? Да за эти десять лет мы вымереть можем.

Наталья Ильина гуляет со внуком на большой детской площадке между желтыми домами. Она живет тут более 30 лет, стоит на очереди тоже более 30 лет. Вместе с семьей – 8 человек – они занимают две комнаты в коммунальной квартире.

– Когда на очередь вставала, была восемь тысяч какая-то, а сейчас нам и не говорят номер, – рассказывает Наталья. – Надеемся, что в четвертую очередь попадем, которая сейчас строится, ее в 2024 году обещали сдать. Мы ждем, ждем, ждем. У меня дочь ходила в администрацию в прошлом году, вышла расстроенная. Наш дом сыплется, трещины идут, хотя потолки высокие и дома теплые. Правда, на первом этаже постоянно рвутся трубы, чуть ли не каждый год под окнами копают, грибок ползет, конечно, от сырости с подвала.

Расселенный дом в Колпине
Расселенный дом в Колпине

Городские власти в Петербурге утверждают, что проблем с расселением аварийных домов в городе нет. Например, в апреле 2023 года губернатор города Александр Беглов заявил, что в Петербурге расселили все дома, признанные аварийными до 2017 года, и пообещал, что в следующем году расселят те "аварийки", которые были признаны опасными для жилья после 2017 года. Но тогда остается неясным, почему под расселение еще не попали жители Колпина, которые официально относятся к Петербургу и уже много лет ждут новое жилье взамен квартир и комнат в аварийных коммуналках.

...

XS
SM
MD
LG