Министерство природных ресурсов подготовило два проекта постановлений, которые меняют правила обращения с редкими животными, а также растениями и грибами, занесенными в Красные книги. Согласно этим проектам, редкие растения можно будет при необходимости "изымать" и пересаживать, а исчезающих животных отлавливать и даже отстреливать "в исключительных случаях". Экологи считают, что эти новшества приведут к гибели многих ценных видов.
Кому могут быть выгодны такие изменения разбирались Север.Реалии.
"Нет альтернативного решения"?
Согласно правилам, разработанным сейчас Минприроды, краснокнижные растения и грибы можно "изъять из природы" в нескольких "исключительных случаях". Например, "если их среда обитания стала непригодной для жизни, и их надо переселить в более благоприятные условия". Или, если в госпрограммах "запланировано строительство объектов федерального или регионального значения", когда таким стройкам "нет альтернативного решения". Также "допускается сбор краснокнижных растений и грибов на участках, которые находятся в собственности или пользовании граждан и организаций"
Проект при этом никак не учитывает ни категории редкости, указанные в Красных книгах, ни специфику отдельных биологических групп или видов, говорит доктор биологических наук Сергей Николаенко (имя изменено из-за закона о нежелательных организациях – СР).
– Должны быть прописаны разные подходы к сохранению краснокнижных видов в зависимости хотя бы от их формального статуса. Например, есть категории 0 ("вероятно исчезнувшие") и 1 ("находящиеся под угрозой исчезновения") – это виды самые уязвимые, и утрата каждого сохранившегося естественного места их обитания, и какой-то части особей при пересадке (а даже самая аккуратная пересадка в самую подходящую новую среду – никогда не бывает абсолютно успешной), приближает такие виды к полному исчезновению из природной среды, – отмечает Николаенко. – Есть категория 2 ("сокращающиеся в численности и/или распространении") – как правило, это тоже виды, которые могут быть полностью утрачены, хоть и не так быстро, как виды предыдущих категорий. Они тоже попадают в группу особого риска в случае утраты даже единичных сохранившихся мест обитания, или какой-то значимой части особей при пересадке.
Грибы-лисички
Ситуация с более низкими категориями – с 3 по 5, редкие, неопределенные по статусу и восстанавливающиеся – не такая критичная, но и тогда пересадка с места на место не всегда возможна, отмечает биолог.
– Например, редкие виды микоризных грибов пересаживаются крайне сложно (впрочем, не редкие – тоже), пересадка эпифитных лишайников – чаще всего вообще за гранью возможного. При этом у некоторых видов крайне специфические требования к местам произрастания – например, старовозрастные широколиственные леса сохранились буквально в штучном количестве. Редкие виды обычно очень чувствительны сразу ко многим неблагоприятным для них факторам и повреждениям – именно поэтому они и становятся редкими, – говорит Николаенко. – Поэтому любая пересадка чревата их частичной или полной утратой – как из-за не очень подходящей новой среды обитания, так и из-за неаккуратной и непрофессиональной пересадки. И чем более массово будет применяться пересадка, тем сильнее будет действие обеих этих причин. Как выбор подходящего нового места, так и собственно пересадка требуют серьезной квалификации. Если пересадка краснокнижников станет делом массовым, типа перекладки плитки или кошения газонов – скорее всего, практически ее исполнять будут люди без образования и опыта, нанятые по конкурсу или привлеченные через подрядчиков. Защиты от такого развития событий в проекте нет.
Формулировка "нет альтернативного решения" – выглядит лукаво, считает ученый.
– "Нет альтернатив" – на практике обычно означает, что "этого очень хотят важные люди". Хороший недавний пример – дорога в Королев через Лосиный остров, – говорит эксперт. – По закону строить ее было нельзя, но оказалось, что "кому надо" очень хочется ее построить, поэтому "альтернатив нет"…
Успешное искусственное выведение вида еще не означает, что растение потом получится вернуть в живую природу, говорит Николаенко. В качестве примера он приводит женьшень (Panax ginseng), который давно культивируется и даже промышленно выращивается для получения корней.
– Но вот из природной среды он продолжает исчезать как из-за исчезновения подходящих условий обитания (в результате рубок, пожаров, добычи полезных ископаемых), так и из-за браконьерства. И массовая успешная культивация женьшеня в искусственной среде не позволяет успешно возвращать его в природные экосистемы и восстанавливать утраченные популяции, – отмечает биолог.
Зоолог и юрист Всеволод Смирнов (имя изменено из-за закона о нежелательных организациях – СР), сотрудник одной из экозащитных организаций Северо-запада, подчеркивает, что сохранность живой природы – это сохранность биоразнообразия в целом, как системы связей, а не отдельных видов.
– Растения должны сохраняться в системе естественных связей. Природное равновесие обеспечивают связи, а не виды, существующие где-то в стеклянной банке, – говорит Смирнов. – И второе соображение. Давайте все-таки сопоставлять стоимость и необходимость того, что делается, со стоимостью сохранения самого вида. Нам нужно сохранять этот вид не только потому, что он нам нравится, что мы любим это растение (хотя и такой аргумент тоже возможен, он работает в экологическом просвещении и в общественной агитации). Но есть и более фундаментальная вещь: конституционное право на благоприятную окружающую среду. Биологическое разнообразие – часть благоприятной окружающей среды. И если мы действительно хотим это право обеспечивать, то должны понимать: сохранение биоразнообразия стоит дорого. Но у нас эта стоимость не встроена в экономический механизм.
В целом, говорят эксперты, новые правила облегчают любую хозяйственную деятельность в дикой природе – краснокнижные растения больше не будут препятствием для коммерческих и инфраструктурных проектов, если, согласно новым правилам, их можно "спасти" через изъятие из мест обитания и пересадку.
– Я бы не сводил это к интересам кого-то одного бизнеса или какого-то конкретного предпринимателя, – комментирует эколог. – Но все эти изменения на руку всей той деятельности, которая связана со вторжением в дикую природу. Это добыча полезных ископаемых, стройки, коммуникации – трубопроводы, дороги. Тут действует такая логика: в той "ситуации", в которой сейчас находится страна, надо снизить количество препятствий для экономики. И ослабление природоохранного законодательства для большинства людей в этой связи выглядит допустимым.
До сих пор добывать полезные ископаемые на территориях, где растут краснокнижные растения, было нельзя. Экологическое издание "Кедр" писало даже об уголовных делах, которые возбуждались против компаний, ведущих такие разработки. Теперь, согласно принимаемым поправкам, закон и суды будут на стороне разработчиков.
Коммерческая охота на редких животных
В проектах, подготовленных сейчас Минприроды, как и в законе "Об охране окружающей среды", допускается "изъятие из природы в исключительных случаях" и редких видов животных.
Экологи настаивают, что возможности такого изъятия необходимо максимально конкретизировать: речь может идти только о лечении, реабилитации, разведении в неволе для сохранения генофонда и максимальном возвращении животных в природу. Но эти детали в российском законодательстве не прописаны. В итоге под видом "изъятия" возможна охота на краснокнижные виды животных, и новые правила опять не закрывают эту дыру.
– Кто-то хочет добывать редкий вид, под это находится обоснование: что мы это делаем в мониторинговых или научных целях - и вот, есть разрешение, – описывает происходящее Всеволод Смирнов. – То есть процедура должна быть прописана детально, чтобы исключить от нее отклонения в других целях, но этого сделано не было. Понятно, что в ситуации эпидемиологической опасности, когда разносчиком болезни может быть краснокнижное животное, изъятие необходимо. Но сейчас конкретно ничего не прописано, что леко использовать для легализации охоты.
Охота. Иллюстративное фото
С лета 2025 года ведением Красной книги занимается департамент развития охотничьего хозяйства Минприроды России. Возглавляет департамент Татьяна Арамилева, которая до этого 12 лет руководила самой крупной в стране ассоциацией охотников Росохотрыболовсоюз. И на этой должности она в 2017 году откровенно лоббировала исключение из Красной книги целого ряда видов.
Некоторые попытки легализовать трофейную охоту получают публичную огласку. Так, в 2016 году президент "Клуба горных охотников" Эдуард Бендерский писал письмо полпреду Александру Хлопонину с просьбой "выделить пять разрешений на добычу путоранского снежного барана" в обмен на 15 млн рублей в пользу заповедника. "У нас много коллекционеров, а у них нет, например, в коллекции рогов снежного барана с Путорана, они хотят", - позже комментировал эту историю директор клуба Александр Гомонов.
В 2018 году предложение рассмотреть целесообразность трофейной охоты на животных, относящихся к редким и находящимся под угрозой исчезновения видам, направлял в Минприроды депутат Госдумы Владислав Резник, еще один член "Клуба горных охотников". Тогда в результате скандала инициативу удалось остановить. Однако в 2020 году из закона "Об охоте" исключили прямую норму, запрещающую охотиться на краснокнижных животных.
Наибольший интерес у VIP-охотников вызывает алтайский горный баран аргали, путоранский снежный баран, чукотская популяция якутского снежного барана, дзерен.
Новые "Правила сбора (заготовки) растений и грибов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации" были вынесены на общественное обсуждение на федеральном портале regulation.gov.ru в конце февраля, однако срок на обсуждение был выделен минимальный – 5 дней. На федеральном портале проектов нормативных актов regulation.gov.ru пользователи оставили 1435 возмущенных отзывов. На каждый разработчики дали ответ с красной пометкой: "Не учтен". Второй документ – "Правила добывания объектов животного мира, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу" – на regulation.gov.ru остался без комментариев. После формального завершения процедуры общественного обсуждения проекты документов передаются на утверждение в правительство.
Что такое Красная книга
Красная книга – это официальный список редких и находящихся под угрозой исчезновения видов животных, растений и грибов. Попадание вида в Красную книгу означает, что он находится под особой государственной охраной: его нельзя добывать, уничтожать, собирать или разрушать места обитания без специальных оснований и разрешений.
В России действует двухуровневая система. Красная книга Российской Федерации – федеральный список наиболее уязвимых видов по всей стране. Красные книги субъектов РФ – региональные списки редких видов, которым угрожает исчезновение на уровне конкретного региона. Один и тот же вид может быть редким только в каком-то регионе и поэтому попасть в региональную Красную книгу, но не в федеральную – и наоборот.
Первая Красная книга в мире была подготовлена Международным союзом охраны природы (IUCN) в 1960-е годы. В СССР собственная Красная книга появилась в 1978 году, а современная Красная книга России ведётся с 1990-х годов. Региональные Красные книги начали активно формироваться после принятия российского природоохранного законодательства в 1990-е годы.
Решение о включении того или иного вида в Красную книгу принимается на основе научных данных: учёные оценивают численность вида, площадь его распространения, скорость сокращения популяции и угрозы среде обитания. Если риск исчезновения высок, вид включают в Красную книгу и присваивают ему одну из категорий редкости – от "восстанавливающегося" до "находящегося на грани исчезновения". Списки периодически пересматриваются и обновляются, когда появляются новые научные данные о состоянии видов.