Ссылки для упрощенного доступа

"Я – прежняя, изменилось государство". Журналист Любовь Барабашова о своем "иноагентстве"


Любовь Барабашова
Любовь Барабашова

В субботу утром разговариваем с тетушкой. Она делится новостями:

– Вода с улицы затопила подвал, хлынула прям рекой. Там сейчас по колено. Кошка туда шмыгнула. Я ходила, звала ее, звала, она не отзывается. И как ее теперь найти? А еще руку ударила об холодильник, болела, зараза. Врач выписала какую-то мазь, совсем не помогает. А у тебя что нового?

– Меня признали иноагентом.

– Ух ты ж! – восхитилась тетка. – И нормально платить будут?

Моя тетушка думает, что "иностранный агент" – это почетное звание, вроде ордена "Дружбы народов", к которому прилагается денежная премия.
В эту же субботу я выяснила, что много таких, для кого иностранный агент – синоним предателя, который на кабаньих копытах крадется через границу, чтобы обменять у коллективного Запада секреты родины на жвачку и джинсы. Человек, явно за меня беспокоящийся, прислал письмо, где предлагал срочно подавать в "суд за клевету" и даже предлагал себя в качестве свидетеля защиты, мол, он скажет, что я хорошая, не враг отечеству.

Почти все сообщения, которые я получила после попадания в списки иноагентов, были с поздравлениями. Мне писали, что звание это по нынешним временам – признание заслуг, знак качества. Почти в каждом – про "отличную компанию".

– Ты в одном чате со Смирновым из "Медиазоны"?! Круто! – у моей дочери свои кумиры.

Компания, что и говорить, почетная. Но в чате юристы учат иноагентов, как теперь нам жить. Сообщают, что за непоставленную в фейсбучном посте плашку "Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации..." первые два раза – административная ответственность, а потом уголовная. Не забывайте! Скоро сдавать отчеты в Минюст.

"Сейчас с отчетом о доходах и расходах стало проще. Раньше был на 80 листах, я заполняла его неделю. Сейчас только 44", – успокаивают новичков иноагенты со стажем. Отчеты отправлять шесть раз в год.

Плашки маркировки постов – невероятная тупость, и следить за ними неохота даже властям. Да и как проследить, когда иноагентов каждую неделю прибавляется. Самые принципиальные из моих собратьев по статусу плюнули и не ставят маркировку. Но все мы четко понимаем, что теперь живем в полном бесправии. Захочет кто-то свести с тобой счеты – вытащит твои посты десятилетней давности про то, как костюм ребенку на Новый год выбирала, они ведь тоже как бы "распространяются". Нет плашки – штраф, а там и срок. "Уголовных дел против иноагентов пока не было, но они обязательно будут", – уверены адвокаты.

Нас уже могут закидать штрафами и арестовать жилье, а скоро власти смогут еще больше. С 1 декабря вступают в силу новые законы в отношении иноагентов.

Отныне мы не сможем работать на государственной или муниципальной службе, быть членами избиркомов и организаторами любых публичных мероприятий. Нам будет нельзя "заниматься просветительской и преподавательской деятельностью в отношении несовершеннолетних". Я, например, не смогу прийти на классный час к своим детям и рассказать о работе журналиста. Я не смогу получать финансовую господдержку (в том числе в творческой работе), принимать участие в госзакупках, пользоваться упрощенной системой налогообложения. И черт бы с этой государственной службой. Но нас вообще лишают права на работу. Вводится понятие "лица аффилированные с иноагентами". Если я буду работать редактором, такими аффилированными могут признать мой коллектив. Как много работодателей пойдут на такой риск?

Моя семья – аффилированные лица. Странно, что не вернули старое звание "сын врага народа". Запоминать проще, а смысл тот же.

Меня, в моей стране, отвели за флажки и поставили – этого тебе больше нельзя, того недостойна, это недоступно. Зато мои личные данные будут обнародованы, а отчеты о доходах и расходах появятся в интернете. Банковская тайна, тайна личной жизни в отношении нас не действует. В юридических терминах это называется поражение в правах. Это один из видов наказания за уголовные преступления. Вот только я, как и другие иноагенты, не нарушила законы. Есть множество механизмов, позволяющих привлечь журналиста к ответственности за ложь и клевету, а уж сейчас тем более. Но на меня не подают в суд. Значит, я пишу правду, просто она не нравится?

Государство не действует со мной по закону, оно вывело меня за рамки закона. В Советском Союзе, декларировавшем всеобщее равенство, была такая категория – лишенцы. Им было нельзя получать высшее образование. Жить в Москве и Ленинграде, быть членом профсоюза, а значит, подняться выше рядовой должности, получать некоторые виды пенсий… Мы сейчас такие лишенцы.

Моя мама давно тревожилась за меня, просила быть аккуратнее, чтобы не попасть в иноагенты. Но понимаете, это от меня не зависело. Я не изменилась. Я не организовала подполье, не устраивала протестные акции, даже в политику не пошла. Я делаю то, что и все предыдущие 20 лет – пишу статьи. Раньше мне за них давали премию губернатора, выписывали благодарственные грамоты от мэра, награждали в конкурсе ОНФ (правда, бдительная сторонница фронта собрала скрины моих комментов про Навального и Путина, и меня из списка победителей выкинули. Но разгорелся скандал, и деньги мне выплатили). Цикл моих материалов по утилизации отходов нефтедобычи привел к проведению круглого стола, на котором собрались министры, прокуроры, руководители разных ведомств. "Журналист подняла важную тему. Спасибо ей", – начинали многие свои выступления. Я пишу все такие же статьи. Просто поощряют за них сейчас иначе – внося в списки врагов.

Я – прежняя, изменилось государство. А меняться вслед за ним противно.
Я знала, что рано или поздно окажусь в списках иноагентов. Потому что не понимаю, как сейчас в России быть журналистом, писать на социальные, экономические темы или политические темы, и чтобы этот режим не признал тебя врагом?

Мне не сложно объяснить себе, почему сегодня в России я - иноагент. Горжусь, что одна из них. Но с 1 декабря любой денежный перевод от иностранного агента может быть признан иностранным финансированием. Скидываемся мы с друзьями на подарок кому-нибудь – тот, на чью карту ушел мой перевод, может пополнить ряды иноагентов, как и автослесарь, которому я заплатила за работу. Мало того, иноагентами будут признавать уже даже без иностранного финансирования, достаточно быть "под иностранным влиянием".

Иноагентство станет основанием для увольнения из ФСБ, МВД, даже из пожарных. Уверена, в числе иноагентов появятся и те, кто сейчас требует поднять на вилы нас. Вот им будет сложнее принять новую реальность. Предвижу письма: "Передайте товарищу Путину, произошла чудовищная ошибка".

В Германии евреев не сразу согнали в печи. За несколько лет до массовых казней были приняты так называемые нюрнбергские расовые законы. Сначала по ним евреям запрещали браки с арийцами, потом нанимать в свои дома арийскую прислугу, потом работать на государственной службе, иметь бизнес. Потом запретили называть детей, как хочется, и выкатили список разрешенных имен, потом аннулировали у евреев германские паспорта и, чтобы возобновить их действие, нужно было поставить в паспорт букву J, потом их обязали носить на груди желтую звезду Давида "размером с ладонь". Потом стали переселять в гетто….

Не знаю, почему я сейчас об этом постоянно думаю.

P. S. Близкие стараются поддержать, как могут. "Зато если введут высылку, тебе это грозить не будет. Куда можно сослать с Сахалина?" – утешает подруга.

XS
SM
MD
LG