Ссылки для упрощенного доступа

Мобилизация: украинца в России пытаются забрать на войну


Юрий Яцентюк
Юрий Яцентюк

Житель Калининградской области, уроженец Украины 35-летний Юрий Яцентюк получил повестку о мобилизации. После этого он попытался уйти через границу, чтобы добраться до Украины, где живут его пожилые родители. Но его задержали пограничники, и сейчас он ждет суда. Корреспондент Север.Реалии выяснила подробности этой истории.

24 сентября 2022 года житель Приморска (Калининградская область) Юрий Яцентюк получил повестку о мобилизации. 27 сентября он уже был на границе с Польшей.

– У меня было всего пару дней после получения повестки. Я изучил, как люди переходят границу. Ни с кем не советовался, никому ничего не говорил. На пароме из Балтийска я добрался до Балтийской косы, дошел до побережья. Потом несколько часов шел по берегу, до заградительных сооружений. Прополз под ними. До границы было еще метров двести. Но на границе меня уже ждали. Пограничники из темноты напрыгнули, надели наручники, – рассказывает Юрий. – И я подозреваю, что именно мои поиски в интернете меня и подвели. Во всех сетях есть триггеры, срабатывающие на определенные слова. Думаю, так меня могли вычислить.

Юрий попросил вызвать ему адвоката, сам он никому позвонить не мог, связи на границе не было. "Ты что, кино пересмотрел?" – спросили у него пограничники и адвоката вызывать не стали. Они изучили содержимое телефона Юрия, а на следующий день отвезли его в Калининград, в ИВС, где он провел три дня.

Сейчас Яцентюк находится под подпиской о невыезде, ему вменяется статья 322 УК РФ "Незаконное пересечение государственной границы Российской Федерации", максимальное наказание по части первой (пересечение госграницы без документов) – до двух лет лишения свободы.

"Добраться до границы – русская рулетка"

Юрий по национальности украинец, но почти всю жизнь живет в Калининградской области.

Юрий Яцентюк
Юрий Яцентюк

– Я украинец. Когда ко мне несколько лет назад пришли сотрудники, которые занимались переписью и вписали меня как русского, я устроил скандал. У меня все в роду украинцы. И у меня в голове не укладывается все это. Ведь мы все – русские, украинцы, белорусы – братский народ. Как мы можем воевать? – не понимает Яцентюк.

Юрий родился в Винницкой области Украины, в небольшом городе Немиров, который находится в так называемой "чернобыльской зоне". Авария на Чернобыльской АЭС случилась за год до его рождения. У него букет серьезных диагнозов, в том числе полиартроз (поражение суставов) и воспаление костного мозга позвоночника, что, не исключают врачи, может быть связано с той давней катастрофой. Юрий живет на обезболивающих. К военной службе он не годен по состоянию здоровья, все подтверждающие документы есть.

Родители Яцентюка несколько десятилетий жили и работали Калининградской области. Отец, Андрей Анатольевич, долгие годы ходил в море, мать, Виктория Владимировна, работала и воинских частях, и в детском саду. Но на приличную пенсию в России родители не заработали.

– У мамы пенсия оказалась очень маленькой, 12 тысяч. Хотя она всю жизнь работала и имеет право на льготную пенсию, хотя бы из-за работы в садике, – говорит Яцентюк. – А морякам вообще пенсия только минимальная положена, из-за того, что они всю жизнь проводят за границей. Отец ее так и не оформил.

Четыре года назад его родители вернулись в Немиров.

– От бабушки там осталась квартира, родители поехали оформлять наследство и там остались, – рассказывает Яцентюк. – Матери там легче. У нее очень воспаляются суставы, а там климат более влажный, она себя лучше чувствует. К тому же она там родилась, там жили ее родители, там могилы предков.

В Украине родители получили вид на жительство. А в России им как гражданам РФ платили пенсию. Каждый месяц сестра Юрия получала по доверенности пенсию матери и отправляла в Украину. Юрий работал на одном из химических предприятий в регионе, "получал прилично" и тоже помогал родителям деньгами.

– Раз в год мама отмечалась у российского консула в Украине, что она жива, чтобы мы могли за нее в России получить пенсию по доверенности. А когда начались боевые действия, консульство из Украины уехало. Отмечаться стало негде. Стало очень сложно с переводами. Мы как-то выкручивались, отправляли деньги через третьи страны. И тут приходит письмо от ПФР: "Виктория Владимировна, вы должны явиться в Пенсионный фонд лично". Мы обратились туда, объяснили, что родители сейчас даже физически не могут выехать из Украины. И тогда сотрудники Пенсионного фонда сами позвонили матери в Украину и сказали: "Вы все-таки должны явиться", – вспоминает Юрий.

Виктория Владимировна и Андрей Анатольевич
Виктория Владимировна и Андрей Анатольевич

Так как мать Юрия в российском ПФР появиться не смогла, пенсию ей платить перестали. Обязательства по содержанию родителей взяли на себя их дети. Чтобы решить проблему с пенсией, Юрий обратился к уполномоченному по правам человека в Калининградской области, но ответа не получил.

– Я хотел уточнить, как так можно?! У нас ведь девиз: "Мы своих не бросаем!" Но там же граждане России, и таких как мои родители, там много. А тут даже Пенсионный фонд, официальная государственная структура, так поступает, – возмущается Юрий.

После получения повестки, признается он, у него было состояние, близкое к панике.

– Встал вопрос: если для родителей наша помощь – единственное средство к существованию, то они останутся без ничего. Это смерть для них. Выехать сами из Украины они не могут. Во-первых, у матери большие проблемы со здоровьем – у нее, как и у меня, разрушение суставов плюс внутреннее кровотечение кишечника, то ремиссия, то обострение. Во-вторых, есть риски из-за российского гражданства. Идиотов везде хватает. Мало ли кого они встретят по дороге. Добраться до границы – это русская рулетка. Были прецеденты, когда поляки не пускали через границу.

Вывезти родителей из Украины он хотел с самого начала войны. Звонил им и слышал звук летающих самолетов, сирен, один раз был взрыв. А в последнее время дозвониться стало очень сложно – в Винницкой области нет света и связи.

– Вся Украина в красной зоне, а родители живут в бордовой зоне – рядом подстанция, которую бомбят. Российских войск на территории Винницы нет, но периодически идут дальние удары. В октябре я с мамой общался по вайберу, она вышла в сад и на заднем плане два объекта прилетело. Говорят, что прилетает каждый день, часто воздушная тревога, – говорит Яцентюк.

После получения повестки он понял, что надо действовать. Обратился к другу, у которого есть политубежище в Польше, и тот пообещал, что поможет Юрию вывезти родителей с территории Украины в Калининград. Но попасть в Польшу Яцентюку не удалось.

– Моя цель сегодня – забрать родителей домой. Здесь я смогу их хотя бы лечить – в Украине они могли рассчитывать только на платную медицину, – отмечает Юрий. – Мы с самого начала не планировали оставаться в Европе, на это у нас нет денег. Честно скажу: если все будет хорошо, я могу законно выехать в Молдавию, она граничит с Винницкой областью, и ждать родителей там. А потом отвезу их в Калининградскую область. Такой вариант мне, кстати, подсказали пограничники.

Он надеется, что ему удастся избежать мобилизации по состоянию здоровья. И боится судимости за незаконное пересечение границы – всю историю о причинах вынужденного "побега" Юрий рассказал следователю. Но есть не менее важная задача – избежать участия в войне:

– Я не годен по состоянию здоровья, но у нас сейчас как: две ноги, две руки – годен. Но я в других людей стрелять не буду. Я могу быть медиком, подсобным рабочим. Как они заставят нажать меня на спусковой крючок? Если мои родители будут в безопасности, пускай меня забирают. Я, может, и не лучший сын, но семья у меня на первом месте, – говорит калининградский украинец.

Он не дезертир

Юрий Яцентюк не оппозиционер и не дезертир, говорит его адвокат Мария Бонцлер.

Мария Бонцлер
Мария Бонцлер

– Он решился на это ради родителей. Ведь они там, в Украине, попали по полной. Здесь Пенсионный фонд лишил мать пенсии, и они остались без денег. К тому же у них русские паспорта, на них уже косятся. Если его призовут, убьют, возьмут в плен, что будет с ними? – рассуждает Бонцлер. – Они будут родителями оккупанта. Каждый раз, когда он звонит родителям, там взрывы. Все время бомбят. Каково сыну это слышать? Он не собирался никуда бежать, он хотел привезти их в Россию. Он не дезертир, и следствие это понимает. Это чисто семейное дело, не политика.

По словам адвоката, в Калининградской области регулярно случаются попытки нелегального пересечения границы. Причем часть из них заканчивается успешно для нелегалов – люди выезжают в Литву и Польшу и просят там политического убежища.

– У меня был подзащитный, которого обвиняли в дискредитации армии из-за участия в антивоенных митингах. Он подготовился: взял в аренду машину, купил надувную лодку. Темной ночью поехал туда, где самый узкий Неман (река на границе России и Литвы. – СР), на лодке переплыл Неман и попал к литовским пограничникам. Там он запросил политического убежища, пока решения по нему не принято, – говорит адвокат.

Еще один калининградец, 18-летний студент Михаил Сухоручкин, в апреле нелегально уехал в Польшу, где уже получил политическое убежище. В Калининграде его обвиняли в вандализме за надпись "Путин = война" на задней стенке монумента 1200 гвардейцам в центре города.

Через два дня после нанесения надписи парня задержали, против него возбудили уголовное дело. Он рассказывал, что в отделе полиции ему угрожали разбить пальцы молотком, если он не запишет видео с извинениями. Позже такое видео появилось в местных патриотических телеграм-каналах. Когда Сухоручкина отпустили, он тут же уехал. Каким образом ему удалось пересечь госграницу, он рассказать отказался.

XS
SM
MD
LG